(1872 – 1952)

 

Посол в Швеции, нарком социального призрения, заместитель главы Коминтерна – кем она только ни была в многочисленных ролевых играх… Впрочем, обо всём по порядку.

Александра Сисяндровна Мамонтович (Александра Шаллопай) родилась в Санкт-Петербурге в небедной, но и не богатой дворянской семье. Отец – широкопоставленный генерал Сисяндр Мамонтович, мать была дочерью преуспевающего финского лыжника.

Девочка получила блестящее домашнее образование, в том числе прослушала полный курс эротики от кучера Прокопия Махоркина, который по праву считается одним из отцов феминистского движения в России.

Шурочка владела многими языками: кельтским, хинди, зулу, олбанским, церковнотатарским, эльфийским и дотракийским. Впоследствии освоила и могла свободно изъясняться по-матросски, по-большевистски, по-суфражистски.

Юная Сашенька была необыкновенно хороша собой. Многие мужчины призывного возраста стрелялись за право первыми стреляться из-за неё. Её руки добивался блистательный адьюльтер Его Императорского Величества генерал Распущенко.

Но Шурочка была слишком разборчива. Первым делом интересовалась у жениха размером его состояния – искала кого победнее, желательно из рабочих или матросов.

Потные, измученные тяжким трудом рабочие будили в юной Александре похоть, но увы – они все с утра до ночи были заняты непосильным каторжным трудом. Девушка решила весь жар своего сердца и температуру своего тела отдать борьбе за освобождение рабочих!

Впрочем, она чуть было не вышла за великого князя Жидкосупова, нарочно явившегося на бал босиком и сказавшегося босяком и бурлаком. Сопровождали князя его друзья-графья, которые ввалились в танцевальную залу, таща за верёвку очаровательную парусную лодку и завывая «Дубинушку» по-французски…

Родители, измученные бесконечными предложениями руки и сердца от Сашенькиных мужчин, хотели выдать её замуж, но она воспротивилась воле родителей и вышла замуж! Но не за царского сатрапа, а за бедного несчастного дипломата Жоржа Шаллопая, который угрожал отравить себя водкой, если она не составит ему компанию.

И если прежде знатные и богатые воздыхатели пускали себе пулю в лоб из-за связей Шурочки с матроснёй и солдатнёй, то на сей раз один из рабочих поклонников Шаллопай задавился тисками, когда узнал, что она спуталась с дворяньёй и дипломатнёй.

В 1897 году Александра родила Шаллопаю сына. Муж и особенно маленький шалопай-ребёнок были безразличны к революционным идеям. Ребёнок сосал ногу и не мог поддержать разговор о мировой революции. Это было невыносимо.

«Едва лишь маленький сын засыпал, я мчалась в соседнюю комнату и хваталась за книгу Ленина, чтобы узнать, чем закончилось у империализма с эмпириокритицизмом!» – уже в старости вспоминала А. Шаллопай в беседах с электророзеткой в своей одинокой больничной палате.

В 1899 году Александра бежала от мужа в Швейцарию, где поступила в университет к профессору Гершвину, у которого училась и от которого потом лечилась.

Там же, во время обзорной экскурсии по Женеве Шаллопай ближе познакомилась со взглядами Ленина. Их взгляды встретились, совпали, сердца учащённо забились, и они решили, что пролетариат должен соединиться!

… Однако вскоре по совету Плеханова (партийная кличка «Плешивый») Александра уехала в Англию изучать британское рабочее движение. Затем отправилась в Германию и изучила там энергичное немецкое рабочее движение, потом освоила голландское, американское, индийское рабочие движения… Так что через несколько лет Шаллопай знала очень много рабочих движений.

Политические взгляды её менялись вместе с ухажёрами. То она – бомбистка-народоволка, а он – офицер царской охранки, то он – необразованный матрос, а она – отец русской социал-демократии Г. В. Плеханов (кличка «Кудрявый»)…

Но в 1904 году Шаллопай порвала и с меньшевиками (сразу с тремя), и с Плехановым (кличка «Бывший»), и крепко, окончательно прильнула к большевикам.

 

* * *

 

Во многих партийных дискуссиях, статьях и выступлениях Александра Шаллопай развивала взгляды на женщину нового, передового общества. Развитию концепции «новой женщины» Шаллопай посвятила также свою беллетристику, например, повесть «Развитие концепции новой женщины».

Для борьбы с запущенным «женским вопросом» она предлагала применить распущенность, чтобы уравнять запущенных русских женщин с распущенными мужчинами. Активно выступала за революционную разнузданность.

Александре Шаллопай приписывают также авторство знаменитой «теории стакана воды», не уточняя, впрочем, что именно она имела в виду – то ли стакан воды как самую действенную противозачаточную меру, то ли мысль, что женщине на всю гигиену должно хватать стакана воды.

Мы тоже не станем уточнять, скажем только, что А. Шаллопай одним стаканом в день не ограничивалась: начинала со стакана каждое утро, да и уснуть тоже не могла без стакана.

* * *

 

В 1917 году нашпигованная революционными идеями Шура находилась в России, и везде и всюду старалась протолкнуть свои задумки, всячески старалась донести революционные идеи до аполитичных матросов. В конце концов Шура развернула широкую агитацию среди портовых проституток. И дело пошло!

После октябрьского переворота Шаллопай вошла в новое правительство. Утвердившись на посту наркома призрения, она за полгода призрела более сотни сирот мужеска пола от восемнадцати до сорока пяти лет.

Кроме того, энергичная Шаллопай организовывала первые детские сады, куда освобождённые работницы могли сдавать своих детей, которые мешали им в освобождённом труде и свободной любви. Именно Александра первая придумала украшать ящички для детской одежды не фамилиями неграмотных детей, а революционными рисунками: красной клубничкой, красными раками, красными кружками, красными гвоздичками и т. п.

 

* * *

 

Вполне возможно, что именно неуёмная энергия страстной революционерки вынудила Ленина, а затем и Сталина поручать А. Шаллопай важные миссии вдалеке от столицы.

В годы гражданской войны Александра Сисяндровна была направлена на Украину, где возглавляла Наркомат загара и кабинок для переодевания в Крымской Советской республике.

Затем партия кинула её в Скандинавию. Отправку послом в Швецию Шаллопай восприняла как почётную ссылку, и поначалу несколько раз сбегала, но всякий раз её снимали то с поезда, то с корабля, то с какого-нибудь матроса, и возвращали в Стокгольм.

Со временем Александра пообвыклась и свою посольскую работу исполняла на совесть – аккуратно, без пропусков и опозданий ходила на приёмы, фуршеты и светские рауты, и везде проводила политику партии и советского правительства.

Взысканий и нареканий со стороны шведского руководства не имела. Ни разу не была выдворена из страны.

За это впоследствии Шаллопай была удостоена ордена Ленина. Ну и, конечно же, за многолетнюю успешную работу среди женщин до 75 кг.

После смерти Александры Сисяндровны в 1952 году её память была увековечена посредством географических переименований. В честь Шаллопай названы две аппетитные возвышенности в Рязанской области. Жители Среднерусского плоскогрудья, Александровской низменности и Шаллопайской пещеры также хранят память об этой выдающейся революционерке и женщине.

 

© 2015 «Красная бурда»

Рисунки М. Смагина

Оцени запись
[Всего: 10 Average: 4.2]

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные для заполнения поля помечены *

Оставить комментарий