«На палубу выйди и там полежи! –

Сказал кочегар кочегару. –

Тельняшку сними, и штаны отложи

Для ровного всюду загару!»

 

Сказал и лопатой ударил его

По бледному потному заду.

«Ты понял меня?» – он спросил у него.

«Я понял, не бейте, не надо…»

 

 

* * *

 

«… И вот что ещё я хотел бы сказать –

Никто здесь тобой не доволен.

С тобой не желают ни какать, ни спать,

Ни баловаться алкоголем!»

 

* * *

 

«А как я вообще в кочегарку попал?

Здесь воздуха нет и уюту!

На лайнер круизный билет покупал

Я в первого класса каюту!..»

 

* * *

 

«Товарищ, я вахту не в силах стоять,

Я знаю, на палубе – танцы!

Мне тоже охота там петь и плясать,

А я тут с тобою, поганцем!»

 

На палубу вышел, а танцев там нет,

Тут наш кочегар возмутился!

Повсюду окурки и дым сигарет,

А баб даже след испарился!

 

* * *

 

Окончив бросать, он напился воды,

Воды опреснённой, не чистой.

А после воды он наелся еды –

Лапши растворимой и быстрой.

 

На палубу вышел, нагнулся за борт,

В желудке его помутилось,

Скрутило кишечник и сквозь пищевод

Обратно еда повалилась.

 

* * *

 

На палубу вышел, а времени нет –

Метнулся бегом до гальюна.

В гальюне присев, сбросил несколько лет

И вновь стал здоровым и юным.

 

* * *

 

На палубе солнце палило и жгло,

И искры в глазах как от сварки.

И понял он: время вернуться пришло

В прохладу родной кочегарки.

 

* * *

 

На палубу вышел, был сильный мороз,

В горячке ему показалось:

Лошадка, везущая хворосту воз,

По вантам на мачту взбиралась…

 

* * *

 

До койки дошёл он, сознанья уж нет,

На койку он лёг без сознания…

Вдруг прямо по морде ударил штиблет –

Ведь койка была капитанья!

 

* * *

 

Пришёл он к врачу и сказал: «Я больной,

Скорей пропишите микстуру!»

А доктор к нему повернулся спиной,

Послал его в регистратуру.

 

* * *

 

А доктор в ответ на него зарычал

И встал на четыре карачки,

Как слон затрубил, как петух закричал,

Поскольку был в белой горячке.

 

* * *

 

Тогда он на палубу навзничь упал,

И в нём помутилось сознанье.

Внезапно к нему капитан подбежал,

Исскуственно сделал дыханье.

 

Напрасно команда кричала: «Ты что?!

Зачем целовать кочегара?!

Постой, не целуй кочегара ты ртом,

Ведь вы с кочегаром не пара!»

 

* * *

 

Проститься с товарищем тут же пришли

Матросы-братки-кредиторы.

Обшарили, но ничего не нашли

И вновь расползлись в свои норы.

 

* * *

 

Всю ночь в лазарете покойник лежал,

Стоять уж не мог он, хоть тресни…

Радисту в ту ночь капитан приказал

Крутить лишь печальные песни…

 

* * *

 

Проститься с товарищем утром пришли

Его попугай и две крысы.

Пиастры и сыру ему принесли,

К ногам положили нарциссы.

 

* * *

 

Его раскачали, швырнули за борт,

Команда, не прячась, рыдает.

Горюют о друге умершем, а тот

На борт из воды вылезает!

 

Тогда привязали к нему колосник

И снова в пучину швырнули.

Он вылез и снова пред ними возник,

И слёзы у многих сверкнули.

 

Тогда его стали лопатами бить,

Стреляли серебряной пулей,

Святою пытались водой окропить,

Осиновой палкою ткнули.

 

Но тут корабельный петух закричал:

«На солнце тащите вампира!»

Под ярким лучом кочегар затрещал

И сгинул из этого мира.

 

* * *

 

Напрасно старушка ныряла на дно,

На дно океана морского.

Сатурушке теперь остаётся одно:

Рожать себе сына другого.

 

* * *

 

Напрасно старушка пошла на панель,

Там холодно, дождь поливает,

Старушку седую в отель и в постель

Никто приглашать не желает.

 

* * *

 

Раскинулось море широко,

И волны бушуют вдали.

Уплыл наш корабль недалёко,

Он крепко сидит на мели…

 

© 2010 «Красная бурда»

Рис. М. Смагина

Оцени запись
[Всего: 14 Average: 4.9]

1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные для заполнения поля помечены *

Оставить комментарий